WeeBoo.ru

Вороны искали пристанища. Гроза бушевала вот уже четвертый день - но воронам было плевать на грозу. Она их особо никогда не тревожила. Дождь смывал грязь и копоть с перьев, ветер прочищал сквозные отверстия глаз, а молнии - молнии воронам попросту нравились. Именно это и любил в воронах Акира.
Но птицы искали пристанища, - на четвертый день грозы.
Три дня их, видите ли, все устраивало.

- Смотри, Акира, вороны!
- Тихо ты, - рубанув воздух рукой, крикнул Акира, не отрываясь от монитора. - Вижу и без тебя.
Младший обиженно засопел.
Сейчас еще, чего доброго, реветь начнет, - подумал Акира. Ненавижу детей.
Воронов было прекрасно видно на фоне вспыхивающего неба. Выл ветер, шумел дождь, гремел гром, да и остров братьев тоже шумел как обычно. В общем, поспать и сегодня не удастся, - Акира вздохнул.
Он осторожно вел остров над водой, - хотя, если остров навернется в бушующий океан, то неважно, с какой высоты. Волны просто перевернут его, потому что он не успеет выбросить корень, а если и успеет - просто смоют их с братом, рубку и вообще все, что тут есть, оставив только камень. Сколько таких островков уже видел Акира в море - плоские камешки, навсегда оставшиеся в воде.
Птицы тем временем резко сменили направление полета - все сразу - и спикировали на остров братьев, мгновенно рассевшись на проводах, в том же порядке, в котором и летели. Они сидели недвижимо, таращясь пустыми глазницами в никуда. Одна пустота прекрасно видела другую.
Снова вспыхнула молния, на секунду осветив бушующий океан и текстуры облаков на куполе неба. Секунду спустя раздался раскат грома. Акира поежился - слишком близко.
- Аме, - скомандовал он младшему. - Выводи, наверное, громоотвод. Опять начинается.
- Есть, сэр! - весело ответил брат, скрываясь в отсеке.
Все им, мелким, шутки. Щас как шарахнет в провода, от острова потом ни камешка не соберут.
Вороны сидели неподвижно, словно причудливые надстройки на острове "Кёдзин", бортовой номер триста два, лишь покачивались вместе с проводами. Казалось, они вцепились в провода мертвой хваткой лап, и если, не приведи Каскад, провода сорвутся, то вороны точно так же будут болтаться на ветру вместе с ними.
"Остров успешно выведен на траекторию", - сообщил монитор.
- Громоотвод выведен, сэр! - жизнерадостно крикнул Аме из отсека.
- Выбирайся оттуда, - устало ответил Акира, который тоже был уже достаточно "выведен", и потер лоб.
Четырехдневная гроза - это неспроста. За это время и он, и Аме измотались и издергались на десять лет вперед. Одно радует - раз вороны сели на их остров, значит то, что их напугало, достаточно далеко отсюда. Ворон не будет просто так сидеть и ждать. У них всегда есть какие-то дела, и они очень редко садятся на острова. Иные капитаны вообще за всю жизнь видели черных птиц только в полете. Иные их не видели никогда вообще.
Иные даже в них не верили.
Акира, самый молодой капитан за всю историю, сел в кресло и прикрыл глаза. Ужасно хотелось спать, но мешал шум, да и спать во время грозы было не лучшим решением. А уж если на острове сидят вороны, то спать - чистое самоубийство. Юный капитан знал, что ворон ворону глаз не выклюет. Потому что у них нет глаз. У самого же Акиры их было целых два. Как и у Аме. Несмотря на то, что все было закрыто, массивные клювы птиц вполне могли пробить толстое стекло. Или не могли.
Но проверять это Акире очень не хотелось. А баек о том, как вороны ведут себя, когда люди спят, он наслушался порядочно. И все они были жуткими.
- Сменить, что ли траекторию? - вслух подумал он. И тут же пожалел об этом: не в меру исполнительный братец со всей десятилетней прытью точно сейчас бросится менять траекторию полета.
Мелкий и глупый. Десятилетки - удивительно мелкие. Особенно если тебе двенадцать. Точнее, почти тринадцать.
Но Аме, кажется, не услышал. Хоть какая-то польза от шума.
- Брат, - Аме подошел ближе. - А вороны долго будут сидеть?
- Выйди и спроси, - все так же устало ответил Акира. - И не брат. Я капитан.
- Подумаешь, капитан.
Аме, кажется, действительно обиделся. Двенадцатилетний капитан вздохнул.
- Аме, ну откуда я знаю? Спать хочется?
- Не, я не за то, - отмахнулся младший и зевнул во весь рот.
- Я и вижу. Ложись, я подежурю.
Аме недоверчиво посмотрел на брата.
- Сегодня же моя вахта?
- Будешь должен, - Акира пожал плечами. - В первый раз, что ли?
Вот этого говорить было не нужно: Аме нахмурился и отвернулся.
Но долго смотреть на воронов он не смог.

***

Светлый Капитан не любил дождь и ветер, - пусть их любит Аме, ему положено, - но любил молнии и солнце. А еще он любил воронов, хотя и побаивался их. И почему-то всегда чувствовал себя скованно и неловко, когда за ними наблюдал. Все вороны - одинаковые. Это и смущало Акиру.

***

- Брат, - подал голос Аме, сидя на полу. - А вдруг среди них...
- Нет.
- Но почему?..
- Нет, сказал тебе.
- Брат, ты такой злой. Ведь может же быть...
- Не выводи меня, - Светлый Капитан как мог строго посмотрел на своего старшего помощника и младшего брата. - Сказал же, не может.
А сам подумал - конечно, может.

***

Мам, а что, правда, что после смерти все становятся воронами?
Спи, Акира.
Нет, ну ма-ам! Мне сам Золотой Капитан сказал! Правда или нет?
Ох, этот Кин у меня дождется. Спи уже.

***

Акира резко проснулся, вскочил с кресла. Ничего себе, заснул на вахте, - и даже шум не помешал. Хорош капитан, нечего сказать. Он покраснел, бросил быстрый взгляд за окно. Вороны сидели и не думали улетать. Причем, насколько мог судить Акира, сидели они точно так же, как и до момента, когда мальчик заснул. Проклятье, - подумал он, злой на себя, как тысяча химер.
Аме, казалось, ничего не заметил. Или, по крайней мере, делал вид, что не заметил, за что Акира был ему очень благодарен.
- Аме? - зачем-то позвал он младшего.
Тот поднял голову от пола.
- Что?
- Иди, наверное, спать. Гроза кончается, и, наверно, скоро вороны уйдут.
- Как уйдут, тогда и пойду.
- Как хочешь.
По уму, нужно было бы сесть во время грозы. Но уже поздно - и так сколько мотались по небу, и не такое пережили, а сейчас ни один порт их не примет с воронами на борту. Еще, чего доброго, палить начнут, несмотря на стяги и иероглиф Светлого Капитана.
Вороны вдруг синхронно замахали крыльями. Уходят, - с облегчением подумал Акира. Слава Каскаду, уходят. И дождь уже идет не так сильно. Все, прошли грозу. Ну не прошли, то есть, - суеверно подумал капитан, схватившись за амулет под одеждой. Почти прошли.
До берега осталось немного. Потом пристанем, сядем на воду, выбросим корень - и на землю. Если честно, Акире уже до тошноты надоело вечное море под ними: летать над континентами капитанам островов запрещалось, и в этом была логика. Не очень будет приятно, если остров из- за неполадок или глупости капитана навернется с высоты на какой- нибудь город.
- Пойдешь со мной в этот раз на берег? - спросил он у брата.
- Пойду, - легко согласился Аме.
Вороны продолжали махать крыльями. Что-то долго.
- А когда можно мне будет на капитана сдавать?
- В шестнадцать, - отрезал Акира. - Мы с тобой говорили об этом.
- До-олго, - разочарованно протянул младший. - Ты в двенадцать стал.
- Я - да. А тебе с шестнадцати.
Акире не хотелось объяснять, что он, как старший сын в осиротевшей семье должен был выбрать профессию, и он, не раздумывая, указал на профессию капитана острова, благо соответствующего запрета не было - просто всегда требовалось письменное согласие родителей на поступление в школу капитанов. И что потом этот запрет очень быстро ввели.
- Я не прецедент, Аме, - сказал он, вспомнив, как это тогда называли.
- Конечно нет, - удивился тот. - Ты капитан.

***

Война снилась Акире часто. Отчасти именно поэтому он и не любил спать, - не хотелось снова и снова видеть войну. Даже во сне чувствовать запах озона, гари и ощущать жар пламени. Почему-то воевали всегда по ночам, и это больше всего бесило Акиру. Днем светило солнце, и небо без единого облака никак не могло понять: почему там, внизу, никто не хочет радоваться новому прекрасному дню. А если днем шел лицемерный дождь, то было еще хуже.
И вдруг как-то однажды ночью их не разбудили взрывы, звон клинков, хлопки выстрелов. Этой ночью не горели дома, не вылетали стекла, не кричали люди и почти никто не плакал. И этой ночью можно было просто смотреть на звезды, а не высматривать на небе вражеские острова со стороны моря. Эта ночь стала концом войны.
Однажды ночью в их городе никто не умер.
Кроме мамы.

***

Когда Акира вернулся в дом, держа за руку заплаканного Аме, на крыше дома сидел ворон, направив на них свои пустые глазницы.

***

Наконец-то вороны сорвались с проводов - все, одновременно. И взмыли в воздух. Акира окончательно успокоился, откинувшись на спинку кресла, поднял высоту острова, удаляясь от воды. Было гораздо приятнее лететь в небе, а не над океаном. Несмотря на дождь, Светлый Капитан позволил себе даже улыбнуться.
- Все, Аме, вороны ушли. Иди спать. Сейчас еще из грозы выйдем, и через три часа на месте. Потом порт, выгрузка ящиков. И будут местные апельсины наши есть, а мы пойдем город смотреть.
Младший брат рассмеялся и кивнул. Встал с пола, зевая.
- Стоп.
Акира всмотрелся в монитор.
- Это... Так не бывает.
На громоотводе сидел ворон.
- Ну и что он там делает? Почему не ушел со всеми?
- Не знаю, - Аме сам смотрел на монитор капитана, широко раскрыв глаза. - Может, он... Так нет, тогда бы они все остались.
- Хрон знает что, - рассердился Акира. - Ладно, пока идем как шли, но приглядывать за ним надо.
- Брат! - Аме вдруг застыл на месте, почти умоляюще посмотрел на Акиру. - Вдруг...
- Закрой рот и не болтай ерунды, - Светлый Капитан всерьез разозлился.
Потому и чувствовал себя скованно Акира при виде воронов. Потому что знал, что один из них может оказаться ею. И это было выше его сил, - знать, что она теперь одна из безликой стаи. Акира всей душой не хотел в это верить.
Но верил.
- Почему? - чуть ли не закричал Аме. - Почему?
И тут ударила молния.
Совсем рядом.

***

Акира вел остров, не отрывая взгляда от монитора. Он был рассержен на ворона, на брата и на грозу, и особенно на себя - нужно было слушаться голоса интуиции, когда что-то подсказывало ему изменить траекторию. Он не изменил, - а вот гроза наоборот.
- Проклятье, - прошипел он сквозь зубы.
Остров шатало под ветром, но в целом он держался.
Ворон все еще неподвижно сидел на громоотводе.
- А вперехлест же тебя растудыть... - в сердцах выругался мальчик подслушанным у старших капитанов ругательством. Ворон мешал сосредоточиться.
- Аме, показатели.
- Сто три на десять.
Слишком высоко. Монолит может не выдержать. Снижаться до моря? Опять?
Нет, - Акира помотал головой. Проскочим.
Но надо согнать ворона с громоотвода.
- Аме, давай сюда.
Младший брат выскочил из отсека, перепугано глядя на старшего.
- Держи штурвал. Удержишь?
Тот все еще испуганно кивнул.
- Я наружу.
-Куда?! - не поверил своим ушам Аме.
- Держи штурвал, короче, Дождевой Капитан.
Аме во все глаза смотрел на брата. Но, спустя мгновение, спохватился и прыгнул в кресло капитана, вцепившись в штурвал обеими руками.
Акира выскочил из кабины, автоматическим движением пристегнул трос к поясу, - и только снаружи понял, как на самом деле шумит дождь и ветер. В секунду мальчик промок до нитки, но, прикрываясь рукой от воды, которую ветер швырял ему в лицо, двинулся к длинному громоотводу. Ворон развернулся и теперь смотрел на него, не двигаясь. Ему, похоже, ветер совсем не мешал.
- Пошел отсюда! - заорал Акира во всю мощь, на которую был способен.
Это, похоже, помешало ворону еще меньше, чем ветер.
Выругавшись, Акира полез к громоотводу, понимая, что действует невероятно глупо. Но он должен был согнать ворона, - почему-то он сейчас не видел перед собой задачи важнее. Он коснулся металлического громоотвода, - и ворон тут же взлетел, не как обычно, размахивая крыльями, а сходу, резко вверх.
И на мгновение Акира оглох и ослеп.
Ударила молния.
Сначала он обрадовался - успел! Потом, когда зрение немного вернулось, то он сообразил, что обеими руками держится за металл громоотвода. Акира запоздало испугался, понимая, что уже должен был умереть, и от ужаса распахнул глаза широко, закрываясь от дождя. И сквозь пелену увидел, что ворон, сорвавшийся с острова за секунду до удара, падает вниз, безвольно раскинув крылья.
Молния попала в него.
Акира остобенело смотрел на то, как падает в воду погибшая птица. Нужно было возвращаться в кабину, но он не находил сил, - только смотрел на последний полет ворона. Вороны всегда знают, куда ударит молния, - это говорил ему Золотой Капитан. Акира задрожал. "Они всегда знают...". И только когда птица совсем исчезла из виду, мальчик спохватился и начал возвращаться назад.
Он закрыл дверь кабины, мокрый с ног до головы, и задрожал, понимая, что находился на волосок от смерти. Ворон спас его... но зачем он сидел на громоотводе?
- Брат? - голос Аме заставил Акиру вздрогнуть. - Ты как?
- В порядке, - автоматически ответил Акира. - Я должен... сейчас, секунду.
Он пошел в отсек управления, оставив Аме за штурвалом. Спустился вниз по лестнице, зажег свет, осмотрелся. И в полный голос выругался - младший забыл опустить изоляционную переборку. Если бы молния попала в громоотвод, остров бы остался без монолита. И летел бы вниз быстрее, чем ворон...
Ворон.
Акира опустил переборку, закрепил.
- Спасибо... мама, - шепнул он.
И расплакался, упав в кресло механик-оператора.

***

Порт гремит, шумит, ругается, смеется и ревет. Никому нет дела до двух детишек, лишь немногие удивленно косятся на значок капитана на том, который постарше.
- Погадать вам, ребятки? Даром.
- Бабушка, а скажи, стану я капитаном? Стану?
- Как же, станешь. Сначала переборки опускать научись, когда громоотвод выводишь.
- Брат!
- Ладно, не хнычь. И мне погадайте тогда.
- Давайте руки. Хм... Линия жизни твоя, сынок, рвется во-от здесь, видишь? А теперь вот новая проступает с этого места, совсем пока еще робкая, непонятная. И у брата твоего тоже вот тут. Так что ничего про будущее ваше сказать пока не могу. Знать, обманули вы судьбу.
- Да? А как, а...
- Тихо, Аме. Тогда одно только скажи, бабушка.
Акира на время замолчал, глядя куда-то в море. Старушка-гадалка терпеливо ждала его вопроса.
- Скажи... Куда после смерти попадают вороны?